© Ground. Городской сайт, Томск, 2015 – 2017
Вечеринка удалась
Ground подводит итоги работы
за два года и решает, как жить дальше
Редакция Ground готова сделать официальное заявление. Мы не закрываемся. Но закрываем. Закрываем проект в том виде, в котором он жил почти три года. Поэтому мы рассказываем, как это было, и кто все это делал. Устраивайтесь поудобней, историй будет много.
Выберите историю
Алексей Гаврелюк,
литературный шеф, выпускающий редактор


— Написать немного о Ground — это как пытаться установить GTA 5 на тетрис.

Не могу сказать, что стоял у истоков. Но на планировании печатного издания присутствовал. Знаете, всегда есть тот парень, которого притащила на обсуждение проекта ваша подруга, потому что после будет тусовка? Это я. Лежу, наблюдая, как ребята обсуждают эфемерные вещи. Обрывки Никита хаотично записывает маркером на листы А1, которые постоянно падают на пол. Выслушивая безумные идеи о медиахолдинге, мне хочется кричать: «Камон, ребята, какой медиахолдинг, у нас "Вологодский" джин греется!»


Теперь я считаю, что ни одно хорошее дело не начнется без «Вологодского» джина. Он сменил название, поэтому это не реклама.

Литературным редактором я стал после тирады (полной снобизма, высокомерия и самолюбования) об отсутствии хороших текстов в молодежных изданиях. Дуня спросила что-то вроде: «Может, ты тогда тексты посмотришь?». Сливаться было поздно.

Первые правки похожи на первый секс: сперва ты быстро заканчиваешь, а потом начинаешь разбираться в деталях. Помню, как в тексте про девушку из картинной галереи правил собственные правки. Я запихал в них кучу язвительных замечаний, которые потом выкинул. Так я медленно выдавливал из себя понтореза. Спасибо Ground за это.

Когда мы разогнались, я проводил большую часть жизни в текстах. Один прочитывал в маршрутке по дороге на работу, второй и третий писал на основной работе, четвертый после работы вычитывал для Ground. На Microsoft Word я тратил столько же времени, сколько на физиологические потребности. И мне это нравилось.

Мы всегда были собой недовольны. Здесь мы профакапили дедлайн, тут не нашли героя, там опять сделали монолог. Не было такого, чтобы мы остановились и сказали: «Мы делаем крутое издание». Чаще: «Мы просрали инфоповод», «Мы мало пишем», «Заголовок отстой».

А теперь я буду вспоминать авторов (я немного выпил, пока писал).

Никита Кожевников, никто лучше тебя не делал врезки, а доказывать героям, что твои тексты не нужно снимать, — мое любимое развлечение.

Рома Чертовских, прости, что когда у нас был период безвременья, я загасился. Твой текст про людей, которые вернулись из Питера, отличный. Видел интервью в паблике Street Vision. Хорошее.

Юлька, очень здорово, что ты умеешь писать подборки так, как говоришь. Я соскучился по ним. И по тебе тоже. Но ты все равно живи там хорошо.

Оля Дюженко, когда ты прислала текст про бары, мы шутили, что у нас появился свой Азар. Ну и спасибо, что благодаря теме про экопредпринимателей я придумал заголовок «Аккуратнее с шишкой». Вообще он был кека ради, но Никита его поставил. Надо сказать, так происходило довольно часто.

Часто я ругался на авторов за халяву. Но никого еще я так не защищал от критики. Мои авторы — самые лучшие.

Ностальгический припадок закончился. Если честно, с самого начала моей редакторской практики у меня есть мечта. Хотелось, и сейчас хочется, чтобы каждый, кто со мной работает, мог сказать, что стал лучше от этого.

Помню, как с удивлением узнал, что кое-кто просто боялся написать, что хочет с нами сотрудничать. Типа мы такие крутые, а они нет. Как человек, который ездит в три часа ночи в каштачную пивнуху на роликах, а потом смотрит тупые видео вперемешку с футболом, я искренне этого не понимаю.

На заре я зарекся (о нет, полиция каламбуров), что не буду писать бесплатно. А недавно это правило нарушил, сделав интервью с Мариной Ахмедовой. И понял, что это было просто глупо. Есть еще два материала, которые я обязательно сделаю.

Больше всего в жизни я боюсь иголок. Но прямо сейчас мне кажется неплохой идеей набить себе лого Ground. Я многим обязан этим отвязным парням и супердевчонкам.

Закончить хочу цитатой:
«Привет.
Мы очередное самое первое городское молодежное издание. Но мы удивим.
Кроме картинок и дизайна у нас будет что почитать.
Мы надеемся, что вам это понравится».
Арина Таранюк, участвовала в создании проекта:
— У нас было четыре бокала кофе, дешевый сыр, ожидающая окончания встречи бутылка не менее дешевого вина, одна пара смешных носков и идея — даже мечта. Зимней ночью мы с Никитой, Евдокией и Лерой заняли стратегическую позицию где-то между диваном и креслом и не собирались покидать свое укрепление, пока не наступит прозрение.

В руках у Никиты — англо-русский словарь. У оставшихся — четкая задача: называть номер страницы и слова. Это не было гаданием в Рождественскую ночь. Так мы выбирали название для журнала, который уже существовал у нас в головах, был продуман, и о котором все мы мечтали. Всё вокруг замерло на долю секунды — и тут Никита закричал: «Во-о-о!» — и вслух зачитал все значения слова ground. И мы поняли: это оно, то самое, всё в точку. Так мы выбрали название нашего издания.

После началась феерия с быстрым поиском журналистов и колумнистов, не прекращающего сыпать уведомлениями чата «Симпозиум визуальных искусств», попыткой создать печатное издание, ночной редактурой текстов после основной работы, походами в банк за кредитом и отказами в кредитах на печать первого, почти платинового по стоимости, номера.

А затем у нас появились советчики (постарше и поопытнее), которые обзывали нас непечатными словами после рассказа про кредит. Некоторые соглашались встретиться с нами в ночи в кафе — поговорить о нашем же будущем. Мы постоянно были на связи. Это так потрясающе — создавать что-то с людьми, которых любишь. С талантливыми друзьями, каждая встреча с которыми заставляет гордиться этими ребятами: их идеями, работой, ответственностью, вкусом. Было много всего. Работа заставила уйти из Ground, но Ground так и не ушел из сердечка.

Однажды приятель сказал мне: «"Граунд" — это топчик. Прям встряхнули Томск». И от этой фразы стало максимально тепло, потому что первый этап нашей мечты всё же сбылся: качественный и красивый контент пришел в дома к томичам и не только.
Арина Таранюк, участвовала в создании проекта:

— У нас было четыре бокала кофе, дешевый сыр, ожидающая окончания встречи бутылка не менее дешевого вина, одна пара смешных носков и идея — даже мечта. Зимней ночью мы с Никитой, Евдокией и Лерой заняли стратегическую позицию где-то между диваном и креслом и не собирались покидать свое укрепление, пока не наступит прозрение.

В руках у Никиты — англо-русский словарь. У оставшихся — четкая задача: называть номер страницы и слова. Это не было гаданием в Рождественскую ночь. Так мы выбирали название для журнала, который уже существовал у нас в головах, был продуман, и о котором все мы мечтали. Всё вокруг замерло на долю секунды — и тут Никита закричал: «Во-о-о!» — и вслух зачитал все значения слова ground. И мы поняли: это оно, то самое, всё в точку. Так мы выбрали название нашего издания.

После началась феерия с быстрым поиском журналистов и колумнистов, не прекращающего сыпать уведомлениями чата «Симпозиум визуальных искусств», попыткой создать печатное издание, ночной редактурой текстов после основной работы, походами в банк за кредитом и отказами в кредитах на печать первого, почти платинового по стоимости, номера.

А затем у нас появились советчики (постарше и поопытнее), которые обзывали нас непечатными словами после рассказа про кредит. Некоторые соглашались встретиться с нами в ночи в кафе — поговорить о нашем же будущем. Мы постоянно были на связи. Это так потрясающе — создавать что-то с людьми, которых любишь. С талантливыми друзьями, каждая встреча с которыми заставляет гордиться этими ребятами: их идеями, работой, ответственностью, вкусом. Было много всего. Работа заставила уйти из Ground, но Ground так и не ушел из сердечка.

Однажды приятель сказал мне: «"Граунд" — это топчик. Прям встряхнули Томск». И от этой фразы стало максимально тепло, потому что первый этап нашей мечты всё же сбылся: качественный и красивый контент пришел в дома к томичам и не только.



Софья Бурматова, журналист:

— Помню, писала в Ground материал про томскую байкерскую культуру — пришлось тогда окунуться в нее с головой. Вместо того чтобы учиться вождению на мотоцикле, я разговаривала со своим инструктором насчет томских мотоциклистов. Он посоветовал мне тогда обратиться в томский клуб «Минотавры». Я встретилась с ними на закрытии мотосезона в октябре 2015. До этого дня никогда не видела столько разных байков, тут же в голове созрела мысль сделать в материале рубрику про их виды, а заодно пофотографировать эти огромные двухколесные дома.

Я поспрашивала пару байкеров, они оказались очень дружелюбными и милыми, ответили на все вопросы. Но когда я стала писать материал, поняла, что не хватает некоторых деталей.

Сначала хотела задать оставшиеся вопросы по телефону, но ребята позвали с ними прокатиться. Ну что ж, материал же надо сдавать. В тот же день, уже поздним вечером, за мной приехали два «минотавра». Деваться было некуда, и я «полетела» на заднем сиденье какого-то очень крутого и большого байка. Честно, по дороге чуть не сошла с ума. Наверное, меня хотели проверить на «скоростеустойчивость», и от страха я не могла издать ни звука. Мы приехали в «Варяг» и пошли всей толпой пить. Кофе. И за этим делом я спросила всё, что хотела, и даже больше. Потом меня благополучно довез домой один из членов клуба.

Плюс один в копилку порядочности томских байкеров.
Данила Шостак, фотограф:

— Пожалуй, самый важный момент для меня в истории Ground — это его зарождение. Вспоминаю, как впервые услышал идею ребят сделать свое собственное издание — по своим правилам, со своим стилем, идеями. Тогда я ощутил прилив энергии и желание присоединиться к команде друзей и близких по духу людей. Начало — это всегда магический процесс: первые планерки, чувство постоянного вдохновения, желания что-то делать сегодня же ночью.

Ground для меня — место, где впервые появилась возможность опубликовать свои фотосерии, travel-истории, а также экспериментировать с журналистской фотографией. Мы все приносили ту часть знаний и навыков, которой хорошо владели, чтобы в конечном счете сделать контент, на который будет не стыдно смотреть.

Невероятно то, что за столь малое время к команде присоединилось много творческих людей из разных профессий и регионов. Общение и совместная работа постоянно сохраняли энергию большого дела, крутой команды. Спасибо этому времени и людям, которые были в этом проекте.
Валерия Шикова, участвовала в создании проекта:

— Идея о собственном журнале зародилась и вынашивалась около полугода — Ground же родился за несколько часов. Мы собрались вчетвером в квартире Никиты. Как сейчас помню арбуз, который мы поедали ложками и запивали вином. Задача была глобальная: придумать концепцию и название.

С концепцией сложностей, насколько я помню, не возникло, а вот с названием мы засиделись до глубокой ночи. С поиском нужного слова вино не помогало, поэтому в ход пошли журналы, книги и Pinterest. В какой-то момент мы наткнулись на слово «соль», и всех оно зацепило. В голове начали всплывать слоганы «в этом вся соль» и ему подобные, но творческий порыв прервал найденный соликамский телеканал «Соль ТВ» и недвусмысленные ассоциации с этим словом. Мы записывали все варианты, и в какой-то момент исписали лист А4 с двух сторон, но все чувствовали: всё это не то.

После очередного бредового варианта мы решили «погадать» на англо-русском словаре. И в нем довольно быстро наткнулись на слово ground, которое переводилось как «земля, основание, мотив». В этот момент все поняли — это оно. Городское издание — о местности, о земле физической и духовной, о людях и основе их деятельности.



Мозговой штурм
над названием журнала
Ground многому научил каждого из нас, и зачастую это была учеба на ошибках. Мне, например, удалось развить феноменальную память благодаря моей феноменальной глупости. Поначалу тексты мы писали сами и самым первым материалом, который вышел на нашем сайте, было мое интервью с Анастасией Белоус — на тот момент она работала в художественной галерее Art Class и фотографировала. Мы встретились в галерее и душевно поговорили о роли искусства в нашей жизни, воспитании художественного вкуса и ее творческой деятельности. Наш разговор я записывала на айпад, а в конце просто захлопнула крышку и попрощалась с Настей. Позже выяснилось, что запись не сохранилась. Пять минут легкой истерии — и я села восстанавливать интервью по памяти, некоторые вопросы пришлось у Насти переспросить (спасибо ей за понимание). В итоге интервью вышло и почти полностью передавало наш с ней разговор.

Но урок я усвоила не до конца. Позже нам удалось договориться об интервью с группой Jack Wood, которая приехала в родной город на концерт. После получаса беседы музыканты отправились на саундчек, а я мысленно на тот свет. Не поверите, но я снова машинально захлопнула крышку планшета. Восстановить реплики ребят по памяти я успела еще до того, как зазвучала первая песня. Пришлось, правда, изменить формат на что-то типа «правил жизни». И могу сказать, что материал получился гораздо более интересным и динамичным. Однако спустя месяц на день рождения я получила профессиональный диктофон от моих друзей-коллег и больше никогда не пользовалась планшетом на интервью.

А вообще Ground всегда держался на людях. Мы часами проводили планерки, выслушивая предложения друг друга, придумывали, как воплотить ту или иную идею, критиковали и помогали друг другу расти. И я хочу сказать спасибо каждому из тех, с кем мы начинали, и тем, кто был с нами эти два года. Я не знаю, как закончить этот текст, чтобы не залить слезами клавиатуру от ностальгии. Поэтому просто скажу, что Ground занял отдельное место в моем сердце и воспоминаниях, и это был крутой visual magazine practice, друзья.
Никита Кожевников, журналист:
— Мне всегда было лень писать большие связные тексты, поэтому я выбирал форматы попроще. Даже в прощальном письме не изменяю себе. Это — краткая хронология моей жизни в Ground. Рассказываю с иронией и грустью.

25 марта 2015
Получаю сообщение от однокурсницы: «Никита, мы делаем журнал. Хочешь писать?». Где-то я уже это слышал. Отнекиваюсь завалами на работе и учебе.

Апрель, 2015
Соглашаюсь написать текст про онлайн-курсы. Начинаю со слов «Сегодня всё большую популярность набирает образование в интернете». — человек отучился три года на журфаке.

3 июля 2015
Выходит материал про вечеринки «Зураб». Я там герой: на фотографии сижу посреди кухни в общежитии и думаю, что это последнее мое соприкосновение с Ground. Ага, конечно.
Август, 2015
Возвращаюсь из отпуска. До начала четвертого курса три недели. Пора бы проходить практику. Стыдливо пишу однокурснице: «А можно я притворюсь журналистом?» Сразу же получаю тему: мэрия запрещает выгул собак где попало, надо разобраться. Делаю одно интервью, пишу несуразицу на 3000 знаков, сдаю и довольный ложусь спать. Через три дня получаю исчирканный документ и однокурсницу, которая вдруг стала моим редактором. Переписываю текст три раза.

Август-сентябрь, 2015
Основатель Burger Lab отказывает в интервью — считаю это вершиной своей карьеры. Пишу несколько недурных текстов: про бар, магистратуру во Франции и выставки стритарта. Последний интересно откликается. Коллеги из новокузнецкой газеты выпускают новость со словами: «Аналитики популярного томского издания составили топ граффити-выставок». Я у мамы аналитик.

Сентябрь, 2015

Начинаю вести рубрику с инста-подборками. Посмотрел инстаграмы всех качков, маникюрных салонов, бизнесвумен и модных блогеров Томска.

Октябрь, 2015
Интервьюирую художницу и пишу прекрасный материал. Отправляю на согласование. Через 10 минут художница перезванивает, и именно в эту минуту у меня разряжается телефон. Тогда художница разражается громом в соцсетях: «Это ужас, надо всё переделать или похоронить». Я хороню, а шеф-редактор воскрешает. Художница остается довольной.

Ноябрь, 2015 — Март, 2016
Золотое время Ground. Все преисполнены надежд, до диплома еще далеко. Подписчики подписываются, читатели читают и хвалят. Радуемся и строим планы. В конце марта появляется моя лучшая публикация: инста-подборка с фотографией улыбающегося ската.
Апрель — Май, 2016
Делаю два добротных текста: про микрозаймы и антиколлекторские службы. Про микрозаймы пишу за день. Еще неделю думаю над заголовком (и способами самоубийства). Антиколлекторов согласовываем еще полмесяца. После публикации набегают их боты, которые благодарно репостят все материалы с основания Ground. Вот это сотрудничество!


Июнь — Август, 2016
Пытаюсь редактировать чужое — провал. Оканчиваю университет, дарю фикус главному редактору и уезжаю в Москву. На пяти собеседованиях рассказываю про Ground. Всех интересует только одно: «Вы что, бесплатно там работали?» Параллельно пишу еще с десяток текстов. Не отпускает.

Сентябрь, 2016 — Май, 2017
Отпустило. Наблюдаю, как всё меняется. Грущу.

29 мая 2017
Пишу вот это вот всё. Два года прошло, а как будто только вчера судорожно набрасывал темы в заметки телефона по дороге на планерку. Было супер.

30 мая 2017
Придумываю заголовок к этому тексту.

Софья Безукладникова, выпускающий редактор:

— Работа в Ground напоминала мне игру. Мы делали квесты, опросники, снаряжали небольшие экспедиции в путешествия, создавали материалы-пазлы, показывали истории героев от первого лица — в лучших традициях игр информации.

Были материалы-аркады с собиранием мнений, симуляторы профессий, элементы скрытности в расследованиях — всё как в играх действия. Ну, разве что боевиков с открытым миром у нас не было.

В наших материалах мы показывали истории тактические — про то, что происходит здесь и сейчас, и стратегические — что повлияет на авторов и читателей в будущем. Некоторые наши тексты были похожи на огромные башни, попадались изящные трофейные замки, наберется целая куча небольших диверсионных заметок. Вот они, игры контроля во всей красе.

Мне давала много энергии возможность нарушать некоторые правила создания публикаций и рисковать в темах. В реальном времени видеть обратную связь от читателей. Рассказывать небольшие чит-коды нашим авторам. Это была очень динамичная игровая сессия!

Молодая команда Ground была сродни инди-разработчикам, которые в восемь рук собирают на коленках конкурентоспособные продукты. В этом было много фана! Уверена, что это издание останется «классикой» молодежного городского портала для нашего региона. Будем ждать переизданий.

План материала
про «Платон»
Никита Гончаров, редактор спецпроектов:

— Когда заварушка с «Платоном» только начиналась, я заметил, что шума вокруг много, а полноценных историй, которые объясняют, что происходит, нет. Я понял, что надо действовать. Позвонил Никите Пушкину, обрисовал в общих чертах свое желание, решили делать спецпроект. Быстро собрали рабочую группу (человек 5–6) и начали тупить. Минут 20 чиркали какую-то дурь на листочках, изредка кто-то выкрикивал предложения вроде: «Давайте сделаем карту!» или «Надо фотопроект добавить», — короче, общей картинки не складывалось, настоящие намерения и смыслы становились всё загадочнее, пока ситуацию не разрулил Леша Гаврелюк.

«Ребята, надо просто придумать сюжет, как в кино: завязка, кульминация, развязка. О чем хотим сказать, что за чем должно идти и чем примерно хотим закончить. Давайте придумаем это, а потом уже будем навешивать дополнительные смыслы».

И всё, дальше очень быстро накидали план, наметили примерных героев-дальнобойщиков, повесили какую-то работу на разных людей заочно.

Когда начали работать, план разбился о реальность. Герои-дальнобойщики оказались людьми: после того, как мы договорились с ними на интервью, у них появилась работа/сломалась машина/жена оказалась против... Пришлось импровизировать. Людей и их историй стало немного меньше, зато аналитики — чуть больше. В итоге проект всё равно получился: быстро, слаженно и, мне кажется, неплохо.

Юлия Семенихина, журналист, фотограф,
автор почти всех подборок:

— Вместе с Ground я была с самого открытия и до сентября 2016, и, думаю, как раз попала в золотое время издания. Тогда у всех водилась тьма свободного времени, куча идей, а, главное, материалы выходили с небывалой постоянностью. Помню, это стало почти шуткой, когда у нас однажды вышло два материала за день, и мы страшно волновались, что про нас после такого подумают читатели.

В Ground моими задачами было снимать, делать фотоподборки и подборки обычные. Последние для меня стали единственным и потому горячо любимым ребенком, за которого переживаешь так, как будто ежедневно по новой в первый класс отправляешь. Самое интересное, что почти всё я писала не в Томске — тогда я жила то там, то тут, работала на куче работ, но материалы делала исправно. Настолько, что просыпалась порой перед работой в 7 утра и дописывала, т.к. в Томске был уже день, а дедлайн — еще вчера.

Помню, как мы хотели дико угореть на 1 апреля и придумали подборку с оправданиями журналистов, что на тот момент было до ужаса больной темой. Кажется, столько просмотров, сколько набрал тот материал, у нас за всю историю не было. Но зато было много чего другого: планерки по скайпу, совместные походы куда-либо, которые впоследствии гордо именовались рецензиями, корпоративы…

Я вообще любила Ground очень трепетной любовью, не знаю уж, почему. Может быть потому, что работала со своими друзьями, которые не только сами по себе отличные ребята, но и как коллеги отменные. Может быть потому, что у меня была полнейшая свобода действий: я могла снимать, что хочу, писать, что хочу и на какую хочу тему, и все мои ненормальные идеи находили там применение (единственной преградой была корректура Леши Гаврелюка, которая меня, тем не менее, многому научила. Спасибо, Леха :) (Привет, Юля, ты что, до сих пор ставишь смайлики в текстах? — Прим. ред.).

В общем, я не совру, если скажу, что работа там была одним из лучших моментов в моей журналистской жизни, хоть и оплачивалась исключительно позитивной энергетикой.
Наташа Барова, фотограф:
— Когда мы начинали работать, не покидало ощущение, что мы придумали проект, чтобы нам засчитали летнюю практику. И что всё как-то не по-настоящему, что мы играем в журналистику. Но, может, поэтому мы смело пробовали разные форматы, писали, переписывали, снимали видео, фото. Это было круто — ощущать полную свободу, да и когда «начальник» — твой одногруппник, не так страшно.

Я пришла в команду в самом начале. Первая планерка проходила у меня дома. В моей квартире собралось около 20 человек, и мы планировали печатный выпуск. Разбирали темы, рубрики, знакомились. Было общее воодушевление. Хотелось что-то качественное сделать.

Осенью мы стали выходить в виде печатного приложения к газете «Проект Alma Mater». Большой формат, требующий красивой обложки. Мы с Никитой понятия не имели, как делать подобное. У меня была студи
я и перфекционизм, у Ника — задачи. Чаще всего всё происходило так: Никита звонил (или писал) и выяснялось, что номер вот-вот сдается, срочно нужна обложка. Надо было очень быстро понять, о чем материал, что за герои, и накидать идей. Бывало и так, что приходили в студию с мыслью снять хотя бы портрет, чтобы было хоть что-то. При этом герой, как водится, торопился, и тратить на съемку более получаса не рассчитывал. Приходилось выкручиваться.

Cъемка обложки Ground
для «Проекта Alma Mater»

Я долго ретачила каждую обложку, так что помню их все. Однажды ретушировала портрет Кристиана Вернера прямо в самолете во время полета в Москву. Тогда у нас, как обычно, всё горело. А потом выяснилось, что выпуск перенесли. Еще одна крутая, на мой взгляд, обложка получилась где-то весной, когда выходил материал про микрозаймы. Мы тогда впервые привлекли для обложки не героя, а просто очень артистичного человека. Лера Шикова стояла позади него так, чтобы ее не было видно, и била по плечу. А «актеру» нужно было испугаться. Это происходило минут 40 подряд, наверно, но всё получилось. Сейчас обложка этого номера висит у меня на стене.

Еще одна забавная история с обложкой случилась в апреле. Мы с Никитой нафантазировали суперидею, взяли напрокат хромакей, притащили велосипед и Полину Щедрину на Новособорную и… сняли полную чушь. Ну вот совсем. Дул дикий ветер, у велосипеда было спущено колесо, фон неуправляемый. Все расстроились, а у нас «горит». После споров уговорила-таки Ника попробовать снять велосипед в студии. Таня Дергачева, наш иллюстратор, любезно согласилась предоставить свою руку в качестве модели. А я потом полночи «набивала» ей татуировку в виде карты в фотошопе. Тоже неплохо вышло.

Кроме обложек было еще много всего. Я делала большой фотопроект про Питер и Томск, снимала портреты разных людей, рекламу секонд-хендов, подборки, даже в морг ходила как-то. Всё это было, и это было круто!

Обложка Ground
в «Проекте Alma Mater»
май, 2016
Процесс съемки обложки Ground
для «Проекта Alma Mater»,

апрель 2016
Татьяна Дергачёва, иллюстратор:
— Once upon a time я рисовала для Ground, хотя за плечами гордо реял факультет журналистики. Перепрыгнув барьер стеснительности и перемахнув через мысли, что не получится, я вдруг стала выдавать симпатичные картинки для рубрики «Стыдно признаться». Что самое смешное, на руку было именно то, что за работу не платили.

Я могла работать в кайф, создавать то, что нравится, просто рисовать, о чем давно мечтала. И никто — хотя в реальном мире часто бывает иначе — моим решениям не сопротивлялся. Этим и был ценен опыт работы в такой редакции полного самоуправления: делать иллюстрации так, как сделала бы их именно я. Любимая из сделанных: кирпичная стена с проволокой к ответу на вопрос про колонию на Лыткина. Даже на футболке хотела эту стенку напечатать, но не сложилось.

В общей сложности я помогла ответить на 30 вопросов о Томске, тем самым открыв новое о городе и для себя. С красивым-томским-молодым изданием хотелось сотрудничать: придумывать стиль иллюстраций, снова и снова решать задачку, как сегодня отразить ответ на вопрос в картинке, делать всё это регулярно. Хотелось вкладываться в красивое дело. Получилось многому научиться и, как это ни банально, поверить в себя: теперь я больше мотивирована работать иллюстратором.

С авторами текстов я почти не сотрудничала, о чем немного жалею, но мне было приятно приходить на планерки или граундовские вечеринки. Со многими людьми из редакции я училась много лет, и мне просто было славно от того, что можно делать дело и тусить одним махом. Теперь это важный для меня критерий удовлетворенности рабочими буднями: насколько мне хорошо не только работать с людьми, но и отдыхать.

Жаль, что сейчас рубрика, которая стала родной, больше не пополняется. Но зато я стала рисовать для новых проектов.

А истоки в Земле!

Ольга Дюженко, журналист:

— Как-то репостила из паблика в соцсетях шутку-самосмейку: «Как женщина решает податься в журналистику или писательство: 1. Достает торчащее из пуховика перо. 2. "А что если…?"»

И после этого, когда я задерживала материал, Леша Гаврелюк писал мне: «Дерни перышко из пуховика, задумайся и сбрось мне текст». Как после такого гаситься от редактора, когда у тебя еще ничего не готово?

В работе с Ground больше всего нравилась возможность заниматься темами, которые нравятся: полезное питание, космос, бары. Было круто в процессе подготовки материала знакомиться с новыми людьми, которые с горящими глазами рассказывали, как нашли себя в том или ином деле, посвятили ему много лет. Общение с такими людьми очень заряжало, хотелось всем рассказать о них, самому попробовать собрать шишку для варенья, посмотреть на другие галактики в телескоп или сделать коктейль. На самом деле это очень интересная работа — погружаться на некоторое время в истории других людей.

Мария Рознатовская, иллюстратор, корректор:

— Вот так оно всегда бывает: муки «а про что писать?». Я решила начать с традиционного многообещающего «а началось всё не очень-то много времени
назад» — а, собственно, сколько? Пролистала нашу с Никитой переписку до начала времен, и — да ладно! — почти два года. С октября 2015-го. Не пролистывай переписку, ибо не сможешь уже от нее оторваться ты. И тут понеслось.

← до | после →
Черновики и процесс работы
над иллюстрациями
Мы познакомились, когда ребята искали себе в штат (внештат, если быть точнее) корректоров и иллюстраторов. И взяли меня на оба места (оказывается, одна из самых неловких ситуаций — читать, что ты писал в самом начале, и мысленно ставить почти над каждым сообщением фейспалм). Тестовым заданием была прорисовка «шапок» сайта, которые в итоге обосновались на нем надолго и с которых всё сразу стало понятно: «Слушай, мне нравится!» — «Ура!» — «Но, может, еще подумаем?..». Или: «Да, всё круто, огонь, вообще норм, да. А если сделать те линии чуть прозрачнее? А людей с неба давай уберем? А вот четвертая теперь выбивается, а еще...». И почти каждый раз вот так, и точно каждый раз с шутками-минутками. А через пару месяцев я забыла, что мы почти не знакомы. И вот сейчас, через — ну ладно, преувеличила, — полтора года мне кажется, что мы уже сто лет вместе, хотя даже ни разу не виделись. Ни с кем, Карл, ни разу!

Были расстояния, часы, недопонимания в ТЗ, прое... — ну вы поняли, — сочувствие и человеческое понимание, когда запил и забыл — и всё тру, честно и по-настоящему.

Вечная любовь, и, Ground, живи и перерождайся, а то — ну в смысле?

Екатерина Синицына, корректор:

— Два года назад я заметила, что томичи из моей френдленты стали подписываться на паблик под названием Ground. Из любопытства заглянула туда и обрадовалась: мне понравились яркость и смелость, с которой ребята заявляли о себе как о новом медиа Томска. Привлекало и стильное оформление материалов, и не затрагиваемые другими СМИ темы, и амбициозность.

Спустя время у ребят появилось объявление о приглашении к сотрудничеству — и мое сердце несостоявшегося корректора дрогнуло. Так я присоединилась к команде Ground на почти два года.

Чувство, которым я могу описать свое отношение к этой стихийной работе, — это нежность. Я была скорее наблюдателем со стороны, чем активным участником событий, и тем интереснее было видеть внутреннюю кухню и то, что на ней рождалось. У меня всякий раз радостно вздрагивало сердце, когда Никита спрашивал, есть ли время почитать материал.

Каждый текст был попыткой — как автора, так и самого Ground — шагнуть в новом направлении, попытаться сделать что-то большее: в конце концов, «человек есть нечто, что должно превзойти», и все в Ground пытались превзойти — предшественников, конкурентов и себя.
Что-то получилось, что-то нет, но пока есть материалы о протестах дальнобойщиков, интервью с выпускниками школ о жертвах насилия, разговор с Мариной Ахмедовой, материалы о томских исторических зданиях и их судьбах, инфографика цветов Томска, интервью с людьми необычных профессий и плейлисты от самых разных людей Томска — можно считать, что вечеринка удалась. Спасибо.



Обложка Ground
в «Проекте Alma Mater» с иллюстрацией Екатерины Ройз

Екатерина Ройз, иллюстратор:

— Помню жаркий летний день в прошлом году. Мне попалась статья из журнала Ground.

Я ничего раньше не слышала об этом проекте. Поразило, насколько материал грамотно написан и приятно оформлен визуально. Понравился энтузиазм тех, кто делал проект, и очень захотелось поучаствовать.

Набралась смелости и написала Никите. Было очень страшно, но переборола себя. Никита почти сразу ответил и предложил проиллюстрировать материал для следующего номера. Сроки были сжатыми. Я справилась с заданием за два или три дня.

Когда материал вышел в печать, оформленный моими иллюстрациями, это был восторг. Как же приятно работать в дружном коллективе талантливых людей, как же приятно делать что-то полезное для своего города.

Хочется пожелать ребятам сил, терпения и энтузиазма. Кто, если не мы?













«Автопортрет»,
рис. Е. Ройз
Бэла Таловская, фотограф:

— Я тут поняла, что пережила много первых разов в Ground. Я впервые пользовалась Slack. Запоздало узнала, что такое «кек». Как-то раз убегала от злых лающих собак где-то рядом с пивзаводом. Это тоже был мой первый раз! Я впервые постоянно фотографировала не на пленочную камеру и была (типа) штатным фотографом.

Мы с Сашей Цоем бродили по узким улочкам недалеко от центра, натыкались на харизматичных местных жителей и узнавали о том, какими были здешние места десятилетия назад. В какой-то момент мы познакомились с прекрасным рассказчиком. Он жил в доме, похожем на «Нору» семейства Уизли. Во дворе висели самодельные гирлянды из старых бутылок и дисков, а под ними лежали развалы старых игрушек, портретов и остановившихся часов. Хозяин всего этого добра рассказывал нам о древней полусвятой монашке, жившей когда-то в этом самом доме, своей коллекции старых телевизоров и телефонов, о пистолетах под старыми домами. Через час беседы к нам подошла соседка героя. Но она не присоединилась к разговору, лишь ворчливо бросила рассказчику: «Убери свои доски с дороги. Машине мешает!». На самом деле, спасибо Саше Цою за то, что не боялся заговорить и слушать (я всё боялась, что кто-нибудь наедет на нас/сломает камеру/заставит выпить водки за встречу).

И спасибо Ground, что мы попадали в эти истории и писали о них.

На съемках пилотного
(и последнего) выпуска room482
Александр Филатов, room482, оператор:

— Моя работа с ребятами из Ground началась на первом курсе. Мы с друзьями тогда снимали всякие неформальные видео, выкладывали на ютуб. В один обычный день мне приходит сообщение от Никиты, в котором было сказано, что ребята в восторге от наших видео. Это очень удивило меня (ну, просто посмотрите эти видео. Хотя нет, лучше не смотрите). Они предложили встретиться на одной из планерок, которые, как и сейчас, проходят у кого-нибудь на квартире со стаканом джина в руке.

Какова была их реакция, когда вместо одного приглашенного (меня) явилась банда из шести человек! Для нас тогда было очень круто поработать со старшекурсниками, которые еще и ко всему прочему выпускают свое издание, поэтому на встречу пошли все участники тогдашней команды «482». А теперь я один с ними работаю. Так получилось.

Тогда мы решили попробовать запустить на Ground видеоконтент, который аудитория потом назвала «Прожекторперисхилтон для бедных». Получили колоссальный опыт и очень много кеков, хоть проект и не оправдал себя. Кстати, до сих пор пост с этим шоу висит с самым большим количеством комментариев — хотя и гневными.

Тогда я понял две вещи: первая — нельзя напиваться на шоу, которое заключается в общении с гостем, а вторая — я хочу заниматься видео-продакшном. С этим просветлением иду до сих пор. Как бы это пафосно ни звучало, но благодаря Ground я нашел себя в профессии.

Очень жалею, что не зацепил самое начало и лучшие времена этих ребят, но в тоже время очень рад тому, что успел поработать в этой атмосфере своих — тех, кто стали мне теперь очень хорошими друзьями.

Да, теперь я не попаду на Street Vision бесплатно, потому что не смогу сказать, что работаю в интернет-издании Ground, но продолжу работать в этой команде над другими проектами. Зато теперь слово ground у меня будет ассоциироваться с очень хорошими воспоминаниями веселой безбашенной, алкогольной и в то же время продуктивной студенческой жизни.


Ани Газоян, журналист:

— Пока я работала в Ground, мне повезло познакомиться с прекрасными героями. Здорово, когда в твоей телефонной книжке есть номера музыкантов, актеров, журналиста из Италии и студентов из Турции, профессионального геймера и сурового дальнобойщика.

Но в нашей работе есть и сложности. Почему-то те люди, которые нам нужны, не очень охотно идут на контакт. Зато есть другая категория героев — те, с кем работа по каким-то причинам не сложилась, но общения с журналистом они жаждут еще долгое время.

В Ground мы планировали сделать материал о ВИЧ-инфицированных, которые живут в Томске. Материала не получилось во многом из-за того, что я не смогла вовремя найти подходящих героев. Зато после, когда мы уже отказались от этой идеи, еще год меня терроризировали сообщениями те, кто хотел поведать сложную историю своей болезни. И не только историю болезни.

Еще я готовила интервью с иностранными студентами в Томске. С ребятами-героями материала я дружу до сих пор. Но есть еще один молодой человек, с которым интервью провести не получилось, зато он до сих пор поздравляет меня со всеми праздниками. Со всеми! Приятно.

А один томский музыкант еще полгода после общения (исключительно рабочего!) был уверен, что я просто обязана после этого посещать все его концерты и стать его самой преданной фанаткой.

И хотя некоторые герои моих даже не удавшихся материалов меня пугают, некоторые шокируют, некоторые заставляют улыбаться, ко всем я отношусь с большой теплотой. Ведь настоящий журналист всегда понимает: нет героя — нет материала. А нет материала — нет журналиста.


Мы вас любим, герои!

Светлана Кравченко, журналист:

— В августе 2016-го мне надо было садиться за комп три-четыре раза в неделю и с 17:00 до 22:00 отслеживать мировую повестку дня. Там было всё: от вирусных роликов с собакой на надувном матрасе до местного канализационного потопа на улице Дизайнеров.

Через меня проходили гигабайты инфы, и чтобы хоть как-то себя развлечь, я следила, как одна и та же новость играет разными красками в федеральных СМИ, присваивала себе очко, когда находила еще не переведенный материал раньше какого-нибудь «Коммерсанта», а под конец делала мемасики.

Круто, что уже через неделю подборки чуть ли не полностью трансформировались: они стали живыми. Каждый из новостников внес в подборку что-то свое: Настя — гифки в начале и конце, я — «разбавон», т. е. те же вирусные ролики, какие-то интересные ништяки из мира искусства. Мы начали активно использовать инстаграм, твиттер, посты из VK. Мы успевали делиться слитыми в сеть альбомами, находили любительский перевод последнего «Гарри Поттера», брали комментарии, начали самостоятельно верстать. Но это был эксперимент, и он не оправдывал такой траты времени и сил. Новостники стали писать большие тексты.



Полина Щедрина, журналист:

— Последний материал для Ground я писала чуть ли не на коленке в метро: это был мой первый месяц жизни в Москве, я жила в лофте, еще не утратила способность бодро просыпаться в шесть утра и использовала раннее утро для оставшихся томских дел. Кажется, это была подборка в духе «Куда поехать на Новый год, если вы облажались и не продумали всё заранее». В Абхазию мечтаю сгонять до сих пор.

Собственно, как журналист я ценила возможность делать что-то для Ground за свободу — ту, которую давали авторам, таким же молодым и иногда не слишком обязательным, как ты. А еще — за классное чувство энтузиазма. Это было так, как будто ты заскочил на вечеринку к друзьям и вы вместе сделали отличную штуку, которую самим хочется смотреть и использовать. Школьное слово «штука» можете заменить на модное «медиа».

← до | после →
Общее фото редакции, 2015 г.

Валентина Ширипова, журналист:

— «Что такое подводка?» — первый вопрос, который я задала редактору Сергею Парфенову, берясь за первый материал в своей жизни. Сейчас немного смешно об этом вспоминать. Но тогда написать комментарий или отредактировать цитату было очень трудно.

«Почему так много глаголов?» — подумала я, когда Дуня прислала мне исправленный вариант моего репортажа с нон-стоп-чтения романа «Мастер и Маргарита». Это была одна из самых трудных работ. Я переделывала текст раза четыре, пока не получилось что-то похожее на репортаж. Но то, что мне говорил редактор, все исправления я запомнила очень хорошо. Я помню, как Дуня, а потом и Сережа сказали: «Картинка — это всегда хорошо!». Очень важный для меня урок, теперь я всегда стараюсь фиксировать детали происходящего вокруг, чтобы потом нарисовать читателю то, что увидела.

«Что же мне делать?! Я потеряла флешку!» Гнев, разочарование, истерика — всё это я пережила, когда потеряла карту памяти с почти готовым материалом. Это должен был быть репортаж с «Дыши свободно», проекта актеров ТЮЗа. Помню, как Дуня поддержала меня, дала больше времени на работу. Но восстановить всё с самого начала нелегко не потому, что ты не помнишь, что написал, — ведь всё, к чему ты подходишь с душой, что тебе интересно, надолго остается в памяти, — а потому, что уже так много сил потрачено, и очень трудно взять себя в руки, настроить на рабочий лад, поймать вдохновение. В итоге я доделала этот материал, но он не вышел. И я понимаю, что команда Ground правильно сделала, не выпустив текст, так как главное качество журналистики — оперативность. Для меня это тоже было важным уроком — всегда сохранять материалы на нескольких носителях.

«До шести сделаешь?» — «Конечно!» Ground научил меня думать и писать быстро. «Пожелание на кофейной гуще» — один из самых оперативных моих текстов. Помню, как торопилась домой, чтобы поскорее сесть за компьютер, сделать репортаж и отправить материал на редактуру вовремя. Вообще все материалы старалась делать быстро, не спала ночью, а потом досыпала на парах. И с каждым разом получилось собирать мысли в кучу всё быстрее и быстрее.

Максим Ваганов, разнорабочий:
— В школе вокруг меня росли будущие врачи, юристы и ветеринары. Я же относился к тем ненормальным, которые хотят стать журналистами. Пока мама сокрушалась: «Ну и куда ты потом пойдешь работать?», я листал ленту «ВКонтакте», переполненную всевозможными СМИ, и наткнулся на Ground. Я слышал о нем раньше, но как о зарождавшемся печатном проекте, а тут веб. Подписываюсь на группу, захожу на сайт и не верю, что это томское издание: слишком уж всё классно. Чувство, что меня обманули и это совсем другой Ground. Выхожу. Отписываюсь.

Потом возвращаюсь, читаю взахлеб один материал за другим. Понимаю — это оно. Подписываюсь и больше не расстаюсь. «Было бы круто стать частью этой команды», — думаю я, читая новые тексты перед уроками, после уроков и даже во время. Однажды пишу в рубрику «Стыдно признаться» что-то типа: «Почему вы такие крутые, а я нет?» (Сейчас ужасно стыдно за это).
Архив вопросов рубрики
«Стыдно признаться»

Спустя полгода, в июле 2016, — о боже! — я верстаю подборки Ground. Меня подключают к работе понемногу, дозировано, скажем, чтобы голову сразу не вскружило. Сначала верстаю рубрику «Наше дело предложить», затем сам начинаю писать подборки мероприятий на выходные. Сложное дело, кстати, — тут вам и праздник иван-чая, и многочисленные фестивали Холи, которые уже всех достали к концу лета.

Тогда Ground публиковал ежедневные подборки новостей, которые выходили каждый вечер. 17 августа, среда (да, я даже запомнил дату), все журналисты заняты, и меня поставили на рубрику «Краем глаза». Мне повезло: в тот день «ВКонтакте» менял дизайн, Олимпиада в разгаре, в Томске открылся «Макдоналдс», а [премьер-министр России Дмитрий] Медведев запустил очередной мем — в общем, я собрал все сливки.

Мне очень нравился спецпроект «Мой адрес сегодня такой», и когда выпала возможность поучаствовать в нем, я сразу же согласился. Тут я познал всю соль живого общения журналиста с незнакомцами: от тебя бегут как от огня. Один мужчина и вовсе попросил деньги за интервью. А другому показалось, что мы с фотографом работаем на «Единую Россию», а журналистами просто прикидываемся. Поэтому начал рассказывать, какой у них двор запущенный, дороги вовсе не ремонтируют и вообще власть такая-сякая.

При подготовке текста для рубрики «Линза», в которой журналисты беседуют с фотографами, раскрывая их специальность, мне нужно было связаться с героем, находившемся в Мексике. Огромная разница во времени. У нас утро понедельника, у них еще вечер воскресенья. А материал, как обычно, нужен вчера. Пришлось встать в пять утра и сонным разговаривать по скайпу с героем. Как итог, положительный фидбек: «Команда круто всё сделала, надеюсь на дальнейшее сотрудничество». Твою мать, да я и правда часть команды!

За год работы (именно работы — не иначе) я верстал, писал малые форматы и полноценные тексты, фотографировал. В общем, был разнорабочим. Для первокурсника-журналиста это самая лучшая практика. Я собрал в своей личной коллекции редакторов почти всех: мои тексты проверяли Соня, Сережа, Никита, Леша (простите за все косяки, ребята). После каждой правки я получал комментарий, почему должно быть так и так. Работал, обучаясь.

Для меня Ground стал настоящей школой. Я проверил на прочность не только себя, но и свою мечту. Спасибо всей команде, вы помогли простому парню понять, кем он хочет быть и что хочет делать.

Сергей Парфёнов, с сентября 2016 —
выпускающий редактор на подхвате:
— Не люблю преувеличивать собственные заслуги, но, кажется, я оказался одним из тех взрослых коллег, которые летом 2015-го отговорили ребят взять кредит на выпуск бумажного Ground и убедили-таки для начала попробовать в вебе. Печатные СМИ — это сложно. Печатные СМИ, окупающие себя с первого номера, — это невозможно. Хипстерский журнал, работающий в ноль или приносящий прибыль в Томске, — а-ха-ха, перестань! В общем, понятия не имею, что случилось бы, поступи ребята тем летом по-своему, но убежден, что Ground, каким мы видели его целых два года, — это хорошая история. И — ура! — не кредитная.

За последние лет 15 в недрах журфака ТГУ появлялось столько идей молодежных газет и журналов, что, выйди все эти издания в свет, томскую медийную аномалию впору было бы изучать под микроскопом. Но в Томске давным-давно нет никакой медийной аномалии, а из всех тех задумок лишь единицы дошли хотя бы до пилотов. Ground — удивительное исключение. Его команде удалось не только четко сформулировать, чего им не хватает в местных СМИ и почему они хотят создать свое собственное, но и приземлить свою идею, отбросить всё лишнее, трансформировать ее сначала во что-то осязаемое, а затем и в периодически обновляемое. Своими силами, без инвестиций — финансовых или, на худой конец, шибких интеллектуальных.

Ground получился изданием любопытным. При четком разделении на рубрики («Город», «Развитие», «Образ», «Культура») и четкой философии (журнал о Томске не как о провинции, а как о важной части Сибири и России) он не загонял себя в какие-то рамки и рассказывал о том, что интересно его команде здесь и сейчас. Взять хотя бы лонгрид о системе оплаты проезда по федеральным трассам для большегрузов «Платон» или крутой видеопроект о взгляде студентов из Турции на печально известные политические события. Помню, я тогда говорил ребятам, что это не их темы, что в городе дополна интересных событий, на которые следовало бы обращать внимание. И делал это зря, ведь именно такие темы — а еще качество их исполнения, совершенно не студенческое, — вызывали у читателей наибольший интерес.

Ground получился не только полноценным изданием для молодых читателей, но и отличной образовательной площадкой. Пробовать, ошибаться, снова пробовать — это опыт, без которого нельзя в журналистике, и в отличие от тех, кто получал его во взрослых СМИ, команда Ground не была стеснена нехваткой газетных площадей или рамками редакционных политик. Опыт бесценный, но приобретенный. Летом 2016-го ребята окончили журфак, устроились на работы, и резонно возник вопрос, что делать с журналом дальше.

Чтобы тянуть подобный проект в довесок к основной деятельности, нужно быть большими энтузиастами. Энтузиазма хватило почти на год. За это время Ground послужил школой для новой волны авторов — в основном первокурсников факультета журналистики. И, безусловно, радовал читателей неплохими текстами, хотя, конечно, не в таком количестве, как в самом начале.

Ground получился историей цельной: с ярким началом, крутой серединой и логичным концом. Историей, которую не дурно будет как-нибудь перечитать. Благо, что в вебе найти ее будет куда проще, чем в пыльном книжном шкафу.
Сергей Парфёнов, с сентября 2016 —
выпускающий редактор на подхвате:

— Не люблю преувеличивать собственные заслуги, но, кажется, я оказался одним из тех взрослых коллег, которые летом 2015-го отговорили ребят взять кредит на выпуск бумажного Ground и убедили-таки для начала попробовать в вебе. Печатные СМИ — это сложно. Печатные СМИ, окупающие себя с первого номера, — это невозможно. Хипстерский журнал, работающий в ноль или приносящий прибыль в Томске, — а-ха-ха, перестань! В общем, понятия не имею, что случилось бы, поступи ребята тем летом по-своему, но убежден, что Ground, каким мы видели его целых два года, — это хорошая история. И — ура! — не кредитная.

За последние лет 15 в недрах журфака ТГУ появлялось столько идей молодежных газет и журналов, что, выйди все эти издания в свет, томскую медийную аномалию впору было бы изучать под микроскопом. Но в Томске давным-давно нет никакой медийной аномалии, а из всех тех задумок лишь единицы дошли хотя бы до пилотов. Ground — удивительное исключение. Его команде удалось не только четко сформулировать, чего им не хватает в местных СМИ и почему они хотят создать свое собственное, но и приземлить свою идею, отбросить всё лишнее, трансформировать ее сначала во что-то осязаемое, а затем и в периодически обновляемое. Своими силами, без инвестиций — финансовых или, на худой конец, шибких интеллектуальных.

Ground получился изданием любопытным. При четком разделении на рубрики («Город», «Развитие», «Образ», «Культура») и четкой философии (журнал о Томске не как о провинции, а как о важной части Сибири и России) он не загонял себя в какие-то рамки и рассказывал о том, что интересно его команде здесь и сейчас. Взять хотя бы лонгрид о системе оплаты проезда по федеральным трассам для большегрузов «Платон» или крутой видеопроект о взгляде студентов из Турции на печально известные политические события. Помню, я тогда говорил ребятам, что это не их темы, что в городе дополна интересных событий, на которые следовало бы обращать внимание. И делал это зря, ведь именно такие темы — а еще качество их исполнения, совершенно не студенческое, — вызывали у читателей наибольший интерес.

Ground получился не только полноценным изданием для молодых читателей, но и отличной образовательной площадкой. Пробовать, ошибаться, снова пробовать — это опыт, без которого нельзя в журналистике, и в отличие от тех, кто получал его во взрослых СМИ, команда Ground не была стеснена нехваткой газетных площадей или рамками редакционных политик. Опыт бесценный, но приобретенный. Летом 2016-го ребята окончили журфак, устроились на работы, и резонно возник вопрос, что делать с журналом дальше.

Чтобы тянуть подобный проект в довесок к основной деятельности, нужно быть большими энтузиастами. Энтузиазма хватило почти на год. За это время Ground послужил школой для новой волны авторов — в основном первокурсников факультета журналистики. И, безусловно, радовал читателей неплохими текстами, хотя, конечно, не в таком количестве, как в самом начале.

Ground получился историей цельной: с ярким началом, крутой серединой и логичным концом. Историей, которую не дурно будет как-нибудь перечитать. Благо, что в вебе найти ее будет куда проще, чем в пыльном книжном шкафу.

Евдокия Шеламова, шеф-редактор:

— «Работать редактором весело. Никогда не знаешь, как обосрешься сегодня» — отличное было бы начало для книги.
В ней я могла бы рассказать о том, как работать с юными амбициозными журналистами, проводить планерки, разрабатывать проект, работать за идею или как пытаться на третьем курсе вуза делать модное региональное издание, имея только стипендию и самоуверенное знание о том, как должно выглядеть качественное СМИ.


На крайний случай, я бы рассказала о крутых воспоминаниях, которыми сопровождались рабочие моменты (вроде Лехи, который однажды купил читателя за пиво). Но тут не книга, а прощальное письмо, которое (хотелось бы верить) прочитают не только мои бывшие однокурсники, но и наша аудитория. Поэтому я думаю так: рассказать о работе всегда успеется, а вот поделиться одной штукой, которую я поняла только спустя три года работы, смогу только сейчас.

Знаете, есть такие счастливчики, которым повезло любить свою работу. Они регулярно рассказывают остальным об этом, регулярно напоминают самим себе и своим работодателям или клиентам и живут вроде бы как полной жизнью. И страшно бесят. Потому что, будем честны, таких людей, по-настоящему горящих своим делом и получающих от него кайф, мало. По большей части мы вынуждены выбирать и действовать, исходя из обстоятельств, которые складываются не в нашу пользу. Я никогда не относила себя к везучим людям, но, оказывается, я целых три года была именно таким человеком — хоть и поняла это только недавно.

Любовь — это каждый день работать с талантливыми людьми, которые знают, чего хотят. Это ругаться несколько дней из-за буквы Ё. Это лажать раз за разом и упорно продолжать делать дело. Это получать резюме в ответ на пост о вакансиях и нервно хихикать, не понимая, зачем люди нам это отправляют. Это узнавать, что кто-то вдохновился вами и начал заниматься своим делом. Это написать безумную идею и получить в ответ «да, давай, сам об этом думал». Это переть напролом безо всякого бизнес-плана, без вообще какого-либо четкого плана и с ужасом понимать, что так делают все вокруг тебя. Это раздражаться от того, что всё отвратительно: иногда хотелось уйти из проекта раз 10 за день (потом, конечно, кто-то приносил джин на планерку и можно было дальше работать). В конечном итоге, любовь — это понять, что вы не справились, упустили всё, что можно упустить, но всё равно двигаться дальше.

Мы никогда не понимали, что мы делаем, и хоть это временами было тупо, зато всегда весело. «Граунд» — это любовь, интервью — это только половина работы, писать надо для читателей, пить — не во время редактуры. Пока!

Никита Пушкин, руководитель проекта:

— Ground — это история про людей, про дружбу, самореализацию, в какой-то степени даже про амбиции, но в первую очередь — про любовь и мечту.

Для меня старт проекта очень размыт. Я все-таки уверен, что если бы не череда разных событий и людей, то ничего бы не случилось. И этих «если бы» может быть бесконечно много. Если бы мы не сделали в конце второго курса айпад-журнал «10 пунктов» для факультета журналистики, мы бы не сформировали первую команду проекта. Если бы тогда же мы не работали с Дуней Шеламовой в журнале IVA, а с Лерой Шиковой не делали учебный проект журнала AZ, мы бы втроем, скорее всего, вообще никогда бы не работали вместе. А именно с этих двух людей, попарно, параллельно, и совершенно по разным причинам для меня началась история издания.

Официально мы открылись весной 2015 года, а до этого полгода придумывали Ground. Несостоявшийся печатный Ground (в том виде, в котором мы его планировали). Мы ведь действительно хотели брать кредит на запуск печатного издания, с Ариной Таранюк даже зашли в несколько банков, узнавали условия. Я до сих пор не понимаю, как Арина готова была отдать свой паспорт для получения денег на проект, который мы обсуждали в основном по вечерам за бутылкой джина у меня в гостинке.

Хотя не только: мы встречались в кафе, библиотеках, барах, обсуждали на задних партах на очередной паре, на улице, во дворах, и снова у меня. Кажется, мы говорили о проекте в любую свободную минуту. Особенно я не знал границ. Мы даже пытались ввести правила на дружеских встречах, не говорить о работе. Не справлялись.

Вообще, руководителем я стал чисто случайно (но, кажется, это только я так хочу думать). После разработки структуры и концепции издания и уже после формирования команды, мы попытались сделать так, чтобы у нас было 4 руководителя. И это был полный стратегический провал. Мы поняли, что нужно было сконцентрировать управление проектом на одном человеке. Деваться было некуда (ну, будем, честны, я все-таки был не против). Но в итоге, я всегда лавировал — между людьми, решениями, стратегиями. Но это довольно долго все-таки приносило результат.

Ground — это еще история и про ошибки. Не раз бывало так, что мы делали что-то для издания, будь то рубрикатор, описание целевой аудитории или композиция номера, а на следующий день приходили на пару, на которых преподаватели разбирали новую тему. И уже очередным вечером приходилось начинать работу буквально с нуля.

Мы часто как будто бы опережали события. И старались прыгнуть выше головы. И, если уж на то пошло, не знали границ (или просто не думали). Мы писали про забастовки дальнобойщиков. А потом шутили, не позвонит ли нам кто-то сверху. Мы публиковали фотопроект про СПИД на Украине, где среди героев были геи (закон о пропаганде тогда уже приняли). Выпустили критический материал о школьных учителях. Мы просто проверяли себя на прочность, экспериментировали, учились на ошибках и на хороших примерах.

Я бесконечно благодарен тем, кто был причастен к тому, что творилось на сайте, вокруг него и между нами. Друзьям, коллегам, наставникам и читателям. Блин, ну правда! Чуть больше 70 человек работающих за идею (ну, в крайнем случае за практику и экзамен). «Это вообще как?!» — постоянно спрашиваю я себя после того, как составили все списки.

Мы и правда были наивными. Но безумно хотели учиться. А ещё мы были влюблёнными. В друг друга и в желание сделать круто. Кажется, хоть что-то у нас получилось.
А вообще, знаете, мы еще вернемся.
Скорее всего.
Участники проекта 2014-2017
Редакторы:
Евдокия Шеламова, Алексей Гаврелюк,
Сергей Парфёнов, Софья Безукладникова

Журналисты:
Никита Кожевников, Юлия Семенихина, Светлана Кравченко,
Софья Бурматова, Полина Щедрина, Бэла Таловская, Андрей Беляк,
Ольга Дюженко, Валентина Ширипова, Арина Таранюк, Анастасия Шинкарюк,
Алина Пермякова, Анастасия Леньшина, Александр Цой, Мария Шихалёва,
Юлия Елизарьева, Ольга Чекунова, Роман Чертовских

Фотографы:
Наташа Барова, Данила Шостак, Алиса Замыслова,
Наталья Бочкова, Артём Изофатов, Екатерина Витман, Алёна Кардаш,
Алина Колпакова, Анастасия Назарова, Никита Гончаров, Таисия Щелканова

Иллюстраторы:
Мария Рознатовская, Татьяна Дергачёва,
Тина Шалимова, Наташа Климченко, Екатерина Ройз

Корректоры:
Екатерина Синицына,
Мария Иванюк, Дарья Сухорукова, Герман Шалов

Видео:
Ани Газоян, Нарек Марутян, Александр Филатов,
Максим Филиппов, Никита Савостьянов,
Александр Мисюкевич, Артемий Филинов, Мария Шакирова

Верстальщики и дизайнеры:
Никита Пушкин, Максим Ваганов,
Валерия Шикова, Влад Арьянов

Juniors:
Екатерина Соколова, Татьяна Горн, Вера Гордиенко, Анастасия Дорофеева,
Елена Бутакова, Юлия Кочергина, Елизавета Бредняя, Иван Егоров,
Дарья Показаньева, Екатерина Корабельникова, Дарья Чекунова,
Алёна Кондакова, Рената Зайцева, Анастасия Озерова, Анастасия Панарина,
Екатерина Виноградова, Дарья Колышкина, Алина Сиренко


Авторы проекта
Никита Пушкин, Евдокия Шеламова,
Валерия Шикова, Арина Таранюк
Благодарности
Огромное спасибо Илье Юрьевичу Мясникову, Василию Александровичу Вершинину,
Анне Фёдоровне Цырфе за поддержку, лекции, советы, указания на ошибки. Без вас мы бы наступали на одни и те же грабли в несколько раз чаще (Мы бы с них не слезали! — прим. ред.).

Выражаем благодарность ТГУ, газете «Проект Alma Mater» и её главному редактору
Марине Андреевне Сенинг и снова Илье Юрьевичу Мясникову за возможность выпуска
нашего печатного приложения.
Ground.
Made on
Tilda